Основные средства смысловых выделений в русских и азербайджанских повествовательных и вопросительных предложениях с вопросительным словом

 

З. М.Бабашева,

кандидат филологических наук,

доцент Азербайджанского университета языков

 

 

 

 

 

 

 

Предложение в его коммуникативной функции принято называть высказыванием. Как высказывание, предложение имеет определенную устроенность. Во-первых, предложение, становясь высказыванием, квалифицируется как отдельная коммуникативная  единица с определенной интонацией. Во-вторых, в нем организуется актуальное членение – смысловое членение предложения, существенное для данного контекста или ситуации. Оно соответствует коммуникативному заданию и зависит от коммуникативной установки говорящего, т.е. от того, что он хочет сообщить, выделить в высказывании.

 Учение об актуальном членении было открытием в исследовании организации предложения. Теоретические основы этого учения были заложены чешским ученым В.Матезиусом в 20-30ые годы XX века [4]. Согласно теории В.Матезиуса, актуальное членение предложения бинарно. Предложение актуально членится на две части: тему и рему. Исходная коммуникативная часть, содержащая предмет сообщения, т.е. известное, то, о чем сообщается, называется темой, основой высказывания. Она является носительницей данного. Главная коммуникативная часть сообщения, несущая новое, неизвестное, содержащая то, что сообщается о теме, называется ремой, ядром предложения, его коммуникативным центром. Рема как коммуникативный центр предложения обязательно должна быть выражена в предложении.

В различных языках для выражения ремы предложения и тем самым противопоставления ее теме используются интонационные и лексико-грамматические средства (порядок слов, выделительные обороты, служебные слова и т.д.). Однако соотношение этих средств по формам речи, – диалогической и монологической, в разных языках может быть различным. И именно в соотношении средств выражения смысловых отношений внутри предложений проявляется специфика каждого языка.

Целью данной статьи является 1) анализ средств смысловых выделений (различение темы-ремы высказывания) в русских и азербайджанских повествовательных и вопросительных предложениях с вопросительным словом и возможностях при этом интонационного центра, 2) сопоставление этих средств в обоих языках.

При сопоставительном анализе следует определить, какие смысловые отношения выражаются внутри предложения и каково соотношение лексико-грамматических и интонационных средств при выделении компонентов предложений.

В процессе исследования использовался метод коммуникативного анализа предложений, разработанный на материале русского языка [3].

Для полного раскрытия поставленных задач целесообразно начать с анализа уже известного: со средств выражения смысловых отношений внутри высказываний русского языка, затем перейти к специфическим особенностям азербайджанского языка и, наконец, сопоставить результаты анализа двух языков.

Материалом для исследования послужили фонограммы спектаклей, кинофильмов, радио и телепередач в обоих языках, картотека предложений из прозаических и драматических произведений, блокнотные записи разговорной речи носителей сопоставляемых языков, в которых фиксировались предложения, и графическими средствами иллюстрировалась интонация. Такой подбор материала позволил учесть особенности функционирования вопросительных и повествовательных предложений в диалогической и монологической речи.

 

1. Смысловые выделения в вопросительных предложениях

с вопросительным словом

 

Вопросительные предложения с вопросительным словом выделяются тем, что неизвестный член в них выражается лексико-грамматическими средствами, а именно: местоименными и наречными словами. Эти предложения обладают наибольшей степенью неизвестности неизвестного члена, так как для спрашивающего в данной ситуации одинаково неизвестны все члены тематического ряда.

В русском языке выражение неизвестного члена производится, в основном, передвижением центра второго типа интонационной конструкции (ИК-2) как в диалогической, так и в монологической речи. В словах, выделенных центром интонационной конструкции, проявляются те семантические свойства, которые до взаимодействия с интонацией были потенциальными, неактуализированными. При передвижении центра ИК-2 происходит смысловое выделение неизвестного слова, если оно потенциально обладает структурой противопоставления из нескольких членов, объединенных по какому-либо общему тематическому признаку. При взаимодействии центра ИК-2 с таким словом реализуется семантика противопоставления типа «именно это, а не то». Если же неизвестное слово имеет структуру противопоставления из двух членов или же не обладает такой структурой, то срабатывает только фонетическое выделение.

Так, в высказывании «Где ты2 Аню видишь?» (цифры над буквами в словах обозначают тип ИК и место центра ИК) центр ИК-2 уточняет неизвестный член «ты», который имеет структуру противопоставления из нескольких членов, объединенных по тематическому признаку лица – именно ты, а не кто-нибудь другой: ты – он – Петя – Ваня – Игорь и т.д. Аналогично в высказывании «Где ты Аню2 видишь?» центр ИК-2 также уточняет неизвестный член «Аню», так как это слово обладает структурой противопоставления из нескольких членов (именно Аню, а не кого-нибудь другого человека: Настю – Веру – Иру – Лену). Однако в высказывании «Где ты Аню ви2дишь?» происходит только фонетическое выделение, так как неизвестный член «видишь» имеет структуру противопоставления из двух слов: видишь – не видишь. В высказывании «Где2 ты Аню видишь?» также происходит фонетическое выделение. Следует отметить, что уточнение неизвестного члена вопроса не влияет на основное содержание ответа, хотя они и могут быть отражены отвечающим:

 

Я? Где я вижу? (ИК-3) На улице.

Аню? Где Аню вижу? (ИК-3) На улице.  

 

Приведем примеры из художественной литературы.

Он далеко, всегда далеко, всю жизнь в стороне от них, да и папа ли это, такими ли бывают настоящие папы? А где ее со2бственный папа? Где Александр Алекса2ндрович? Где Ню2ша? Где остальны2е? О, лучше не задавать себе этих вопросов, лучше не вникать. (Б. Пастернак. Доктор Живаго).

- Что же с до2мом делать? Куда2 серебро, белье, бриллианты, посуду девать? – спросила она, помолчав. – Мужикам, что ли отдать? 

- А разве у меня есть бриллианты и серебро?.. – спросил он.

- Сколько я тебе лет твержу! От матери осталось: Куда2 оно денется? (И.А. Гончаров. Обрыв).

В азербайджанской лингвистике нет специальных работ о выделении неизвестного члена в аналогичном виде вопроса. Однако во всех работах, где рассматривается вопрос о логическом ударении в различных типах высказываний, подчеркивается, что в вопросительных предложениях с местоименными и наречными словами логическое ударение помещается на местоименных и наречных словах.

Правомерно ли такое утверждение для диалогической и монологической речи?

Анализ звучащей речи, а также картотеки предложений из прозаических и драматических произведений, блокнотных записей разговорной речи носителей азербайджанского языка показал, что такая аргументация характерна для монологической речи, где основное внимание говорящего акцентировано на вопросительном предикате. Выражен он местоименными и наречными словами:

“Hara2 gedirdilər? Nə2 üçün gedirdilər? Sabah onları gözləyən nə2 idi? Nəyə2 rast gələcəkdilər? Taleyin nəsibi, fələyin gərdişi onları hara2 çəkib aparırdı?” (M.Ибрагимов).

В диалогической речи выделение неизвестного члена возможно передвижением центра ИКА-2. При этом в зависимости от семантической структуры слова, являющегося неизвестным членом предложения, возможно смысловое выделение (при структуре противопоставления из нескольких слов) и фонетическое выделение (при структуре противопоставления из двух слов). При взаимодействии центра ИКА-2 и слова со структурой противопоставления из нескольких членов реализуется семантика противопоставления типа “məhs bu, o yox” (именно это, а не то). Так, в высказывании “Əntiqə2 nə vaxt gələcək?” (Когда придет Антига?) возникает смысловое выделение “başqası yox, məhz Əntiqə” (именно Антига, а не кто-нибудь другой), так как неизвестное слово имеет структуру противопоставления из нескольких слов, организованных по тематическому признаку личного имени: Əntiqə - Sevda – Dilarə - Səkinə və s.

В высказывании “Əntiqə nə vaxt gələcə2k?” возникает только фонетическое выделение слова, так как “gələcək” имеет структуру противопоставления из двух членов: “gələcək – gəlmiyəcək”. И, наконец, в высказывании  “Əntiqə nə2 vaxt gələcək?” возникает также фонетическое выделение, так как слово “nə vaxt” не обладает структурой противопоставления.

 

... Bəs sonra?

  • Sonrasını yoldaş komissar özü həll edər.

  • Yoldaş komissa2r kimdir?

  •  Yeni Azərbaycan hökümətinin üzvü, bizim hamımızın böyüyü.

  • Adı2 nədir?

  • Hamı ona baltaçı oğlu deyir.

(Из фонограммы спектакля И. Эфендиева)

De, oğlu2m necədi? Məni anırmı?

Ata həsrəti ilə qəlbi yanırmı?

(Из фонограммы спектакля «Инсан» С. Вургуна)

  • Bu2 kimdir?

  • Mənim qaynanam.

(Из фонограммы спектакля «Инсан» С. Вургуна)

Turac: Ay qız, bun2lar nədir?

Sədəf: Bunlar mənim yuxusuz gecələrimin yadigarıdır, Turac!

(И. Эфендиев)

Xanmurad: Heç ömründə bir adam sevmisən?

Turac: Dərdim qurtarmışdı? Mə2n niyə sevirəm? Əgər lazımdır, qoy məni sevsinlər.

(И. Эфендиев)

 

Однако в азербайджанском языке возможности интонационного выделения неизвестного члена в диалогической речи несколько сужены за счет расширения роли лексико-грамматического средства: частицы “bəs”. Выделительная функция частицы “bəs” проявляется при определенном условии, а именно: при ее отнесенности к слову, потенциально обладающему структурой противопоставления из нескольких членов, организованных по общему тематическому признаку. При этом перемещение интонационного центра невозможно, так как выделительный компонент перетягивает его к тому слову, к которому сам относится.

  • Bəs o2 necə oldu? Harda qaldı?

  • Onun adı olmazmı?

  • O da...

(Из радиопостановки «Gizli Bakı» Ордубади)

  • Sidorov, bəs sə2n nə üçün yazmırsan?

  • Müəllim, mən fikirləşirəm.

(Из телепостановки «Аксиома»)

  • Bəs əvvə2lki söz nə oldu? Bizim balalarımız torpaq yesin. Ölsən də beşdən iki götürəcəyik.

(М. Ибрагимов)

 

В случаях, когда частица “bəs” относится к слову со структурой противопоставления из двух членов (типа olublar – olmayıblar), она теряет выделительную функцию. В таких предложениях выражение неизвестного члена производится перемещением центра ИКА-2.

Bəs nə2 üçün öz an2a dilimizdə danışm2ırıq?

(Мир Джалал)

Bəs nə2 oldu sə2nin sözlə2rin?

(М. Ибрагимов)

Итак, сопоставительный анализ средств выделения неизвестного члена в вопросительных предложениях с вопросительным словом в русском и азербайджанском языках показал различие между языками:

1) в русском языке ведущим средством выделения является интонационное средство – передвижение центра ИК-2 независимо от формы речи, монологической или диалогической;

2) в азербайджанском языке используются интонационное и лексико-грамматическое средство. Интонационное выделение неизвестного члена предложения связано со смысловыми отношениями, а именно: при взаимодействии центра ИКА-2 и слова со структурой из нескольких членов реализуется семантика противопоставления “məhz bu, o yox”. Возможности интонационного средства здесь несколько сужены за счет расширения роли лексико-грамматического средства – выделительной частицы “bəs”.

 

I. Смысловые выделения в повествовательных предложениях

 

1. В русском и азербайджанском языках выделение нового (ремы) в односинтагменных повествовательных предложениях производится передвижением ИК-1 и ИК-2, соответственно ИКА-1 и ИКА-2. Однако смысловые оттенки, которые возникают при их употреблении в одних и тех же синтаксических конструкциях с аналогичными лексическими составами, оказываются разными. Так, в русском языке при взаимодействии центра ИК-2 и слова со структурой противопоставления из нескольких членов возникает, как и в вопросительных предложениях с вопросительным словом, семантика противопоставления типа «именно это, а не то», в азербайджанском языке соответственно “məhz bu, o yox”. Такое противопоставление носит уточняющий характер в следующих синтаксических конструкциях русского и азербайджанского языков:

На столе лежала телеграмма (А.П. Чехов).

Mən onun anasıyam (И. Эфендиев).

Передвижением центра ИК-2 и ИКА-2 потенциально возможно выделение нескольких рем.

На столе лежала телегра2мма (именно телеграмма, а не письмо, не записка).

На столе2 лежала телеграмма (именно на столе, а не на другом месте).

Mə2n onun anasıyam (məhz mən, başqası yox: o – sən – Nərgiz – Zeynəb – Leyla və s.).

Mən onu2n anasıyam (məhz onun, başqasının yox: sənin – Sevdanın – Nigarın – Dilarənin – Səkinənin və s.).

Mən onun anası2yam (məhz anasıyam, başqası deyiləm: xalası, bibisi və s.).

Употребление ИК-1 и ИКА-1 в таких составах лишь констатирует какой-либо факт, отношение, указывает на них, но не противопоставляет.

Таким образом, различия, появляющиеся при употреблении ИК-1 и ИК-2, ИКА-1 и ИКА-2 в односинтагменных повествовательных предложениях, заключаются в том, что ИК-1, ИКА-1 фонетически выделяют новое, а ИК-2, ИКА-2 противопоставляют, в большей степени расчленяют предложение на тему-рему.

Для иллюстрации противопоставления двух осмыслений нового в простом повествовательном предложении в речи одного и того же говорящего можно привести отрывок из радиопередачи: … Какого вы мнения о моей игре? И профессор ответил: - У вас высокая техника. Но ваша игра говорит: Я2 играю Шопена! Своих студентов я учу другому: Я играю Шопе2на.

Анализ русской звучащей речи показывает, что такое выражение нового в простом повествовательном предложении чаще наблюдается в разговорной речи.

 

Я вчера2 получил письмо. А он сказал, что сегодня.

- От кого2 получил письмо? От брата или матери?

- Письмо от брата2. От матери я еще ничего не получал…

Аналогичное выделение ремы сообщения в азербайджанском языке также производится центром ИКА-2.

Nəzakət: Bu nə hərəkətdir? Sən ana2nla danışırsan!..

Nargilə: Yox, mən Fərəcin arvadı ilə danışıram.

(И. Эфендиев)

Nəzakət: Axı Siz kimsiniz onun taleyi ilə maraqlanasınız?

Həsənzadə: Bəs Siz kimsiniz?

Nəzakət: Mən onun anası2yam. Eşidirsinizmi! Anası.

(И. Эфендиев)

 

В русском и азербайджанском языках смысловое выделение ремы в повествовательных предложениях возможно изменением обычного порядка слов.

Известно, что в азербайджанском языке, как и в русском, порядок слов не является средством выражения коммуникативного типа предложения. Например, вопросы без вопросительных слов и повествовательные предложения имеют один и тот же порядок следования членов предложения. В азербайджанском языке сказуемое, как правило, имеет фиксированное место, оно заключает предложение. Подлежащее и второстепенные члены, относящиеся к нему, предшествуют сказуемому. Другие члены предложения размещаются между группой сказуемого и подлежащего. Изменение обычного порядка расположения членов предложения, за исключением сказуемого, помогает выявить рему предложения, которая выносится в позицию перед сказуемым. В русском языке рема перемещается на последнее место в предложении. При этом, как в русском, так и в азербайджанском языке, интонационный центр передвигается на выделяемый компонент и, таким образом, используется как избыточное средство.

 

Например:

Наташа придет к нам сего2дня.

Наташа придет сегодня к на2м.

Наташа сегодня к нам приде2т.

Сегодня придет к нам Ната2ша.

Tahir Cəmilin ardınca vaqona mindi2.(М. Гусейн)

Tahir vaqona Cəmilin ar2dınca mindi.

Cəmilin ardınca Tahir vaqo2na mindi.

Cəmilin ardınca vaqona Tahir2 mindi.

 

Однако такое выделение ремы в обоих языках является нетипичным и встречается оно, главным образом, в монологической речи.

Итак, выделение ремы в односинтагменных повествовательных предложениях русского и азербайджанского языков осуществляется двумя средствами: интонационным и лексико-грамматическим. Распределение этих средств по формам речи между языками совпадает: а) в диалогической речи основным средством выделение является передвижение интонационного центра с сохранением обычного порядка слов; б) в монологической речи главная роль в выделении ремы предложения принадлежит изменению обычного порядка слов. В азербайджанском языке рема выносится в позицию перед сказуемым, в русском языке – на последнее место в предложении. При этом передвижение интонационного центра используется как избыточное средство. Подобное распределение средств выражения ремы предложения по формам речи, по-видимому, объясняется условиями общения. В монологической речи отсутствует непосредственный собеседник, и поэтому для выделения ремы необходимы лексико-грамматические средства. Диалогическая же речь характеризуется присутствием собеседника. Здесь достаточно одной интонации, непосредственно воспринимаемой адресатом.

2. В повествовательных предложениях русского языка передвижение интонационного центра и тип ИК участвуют также в отчленении состава темы и состава ремы. Так, в предложении «Вчера поздно вечером3/4/6  / пошел сильный дождь» средствами интонации незавершенности ИК-3,4,6 выделяется состав темы как единое целое. Далее интонационный центр, передвигаясь на любое слово состава темы, детализирует смысловые отношения внутри нее. При взаимодействии центра ИК-3,4,6 и слова состава темы со структурой противопоставления из нескольких членов реализуется семантика сопоставления типа «это одно, а это другое».

Мой рабочий день3/4/6 / начинается в во1семь утра.

Мой3/4/6 рабочий день / начинается в де1вять утра.

Такая детализация смысловых отношений возможна при непосредственной связи с предшествующей или последующей ситуацией. Поэтому первый член сопоставления всегда выражается в контексте.

Аналогичное выражение смысловых отношений в составе темы наблюдается и в азербайджанском языке при наличии тождественных условий. Так, например, в синтаксической конструкции  “Arifin xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti / səliqəlilik idi” (главной чертой характера Арифа была аккуратность) передвижением интонационного центра незавершенности ИКА-3/4/6 в составе темы “Arifin xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti” (главной чертой характера Арифа) можно выделить любой член. И каждый раз при взаимодействии центра ИКА-3,4,6 и слова со структурой противопоставления из нескольких членов возникают новые смысловые оттенки, совместимые в одной и той же позиции.

Arifin xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti3/4/6 / səliqəlilik1 idi. (Главной чертой характера Арифа была аккуратность).

Sevdanın3/4/6 xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti / sadəlik1 idi. (Главной чертой характера Севды была простота).

Однако в азербайджанском языке, в отличие от русского, при детализации смысловых отношений в составе темы чаще используется лексико-грамматическое средство -  частица “isə”.

Ср: Arifin xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti3/4/6 / səliqəlilik1 idi.

Sevdanın3/4/6 isə xasiyyətinin əsas xüsusiyyəti / sadəlik1 idi.

Сопоставительный анализ средств выделения ремы-темы в повествовательных и вопросительных предложениях с вопросительным словом в русском и азербайджанском языках показал, в основном, различие между ними в распределении того или иного средства по формам речи: диалогической и монологической.

В русском языке ведущим средством выделения ремы предложения является передвижение интонационного центра ИК независимо от формы речи, хотя могут использоваться лексико-грамматические средства, но роль этих средств минимальна.

В азербайджанском языке функционирование того или иного средства зависит от формы речи: а) в диалогической речи выражение ремы предложения возможно передвижением центра интонационной конструкции, но его смыслоразличительные возможности несколько сужены за счет повышения роли выделительных частиц “bəs”, “isə”. При употреблении выделительных компонентов центр ИК используется как избыточное средство, так как выполняет сопроводительную функцию;

б) в монологической речи основная роль в выделении ремы предложения принадлежит лексико-грамматическим средствам: выделительным частицам и изменению обычного порядка слов в предложении.

Таким образом, в сопоставляемых языках функциональная нагрузка интонационного средства при выражении смысловых отношений внутри повествовательных и вопросительных предложений с вопросительным словом различна. В русском языке центр интонационной конструкции несет основную нагрузку, а в азербайджанском языке роль его снижена за счет преобладания лексико-грамматических средств. Эти специфические особенности сопоставляемых языков должны быть учтены в практике преподавания русского языка азербайджанцам и азербайджанского языка русским.

                                                        

Литература

1. Брызгунова Е.А. Звуки и интонация русской речи. Изд.3.-М., 1983.

2. Брызгунова Е.А. §§ 2629 – 2640 // Русская грамматика. Под ред. Н.Ю.Шведовой.-М.: Наука, 1980. В 2 т.

3.Брызгунова Е.А Коммуникативный анализ русской звучащей речи. // Soviet // American Contribution to the Study and Teaching of Russian: Theory, Strategic and Tools // Russian Language Journal XXXVI. 1982, № 125.

4. Бабашева З. К вопросу об актуальном членении русского предложения.Xarici dillərin tədrisinin aktual problemləri. Respublika elmi-praktik konfransının materialları. Bakı, 4-5 may    2015-ci il.S.107-110.

5. Матезиус В. О так называемом актуальном членении. Язык и стиль // Пражский лингвистический кружок. М., 1967.С. 239-245.

 

Поделиться в Facebook
Поделиться в Twitter
Please reload