НАСЛЕДИЕ РУССКИХ КЛАССИКОВ В ПЕРЕВОДНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ИРАНА


Джанолах Карими-Мотаххар,

профессор Тегеранского университета, Иран

jkarimi@ut.ac.ir

НАСЛЕДИЕ РУССКИХ КЛАССИКОВ В ПЕРЕВОДНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ ИРАНА

Русская литература, персидская литература, Иран, перевод.

Интерес к русской культуре и литературе в Иране пробудился еще с древнейших времен. Персидские интеллигенты всегда следили за литературными и культурными событиями России. Произведения русских писателей занимают важное место в переводной литературе Ирана. Иранские писатели, переводя произведения русских классиков, использовали достижения русских художников слова в своем оригинальном творчестве. Эти переводы обогатили духовную жизнь иранского народа и расширили его представление о русской культуре в целом.

Становление и развитие отношений Ирана и России уходят своими корнями в глубь веков, отражаясь как в фольклоре двух стран, так и в древнерусских и древнеперсидских памятниках. Так, например, произведение тверского купца XV века Афанасия Никитина «Хождение за три моря» является замечательным описанием жизни народа Востока (Ирана и Индии).

«Российское государство по своему географическому положению – на стыке Европы и Азии – определило появление разносторонних связей народов России и стран Востока. Археологические источники показывают, что через земли восточных славян проходили пути, соединяющие Европу с Востоком, и в частности с Ираном. Как доказывают исследования ученых, уже в VI–VIII вв. на территории восточных славян появились предметы роскоши иранского происхождения.

По словам В. В. Бартольда, самый ранний, дохристианский период России был «периодом тесной культурной связи» ее с Востоком.

Киевская Русь, затем Московское государство поддерживали более систематические отношения с народами Ирана, чем любая другая страна Европы. Одновременно с расширением дипламатических и торговых связей росло и знакомство русских людей с Ираном.

Контакты русских с восточными народами способствовали развитию интереса российской общественности к публикациям, связанным с этой тематикой. В течение XVIII столетия в России вышло несколько изданий Корана. Первый его перевод был осуществлен в 1716 г. при Петре I, второй – в 1790 г. В 1787 г. по указу Екатерины II был издан подлинный текст Корана арабским шрифтом. Это роскошное издание предназначалось для подношения знатным иностранным особам и было повторено шесть раз.

Начало нового этапа в изучении Ирана в России начинается с эпохи Петра I, что было предопределено всем ходом общественно-экономического и политического развития русского государства [Кулагина, 2001, 18 –21].

Несмотря на очень древние связи между Ираном и Россией, изучение темы русских классиков в персидской литературе находится в самой начальной стадии и насчитывает меньше двухсот лет. Но уже за это короткое время изучения взаимовлияния русских и персидских литератур стало ясно, что литература и культура двух стран взаимно обогащались.

Интерес к русской культуре и литературе пробудился еще с древнейших времен. Персидские интеллигенты всегда следили за литературными и культурными событиями России.

Первые переводы русской литературы в Иране появились в начале ХХ века, и они органически вошли в литературный процесс Ирана, оказав огромное влияние на формирование и развитие оригинальных прозаических жанров в персидской литературе. Русские переводные произведения становились частью национальной литературы иранцев, способствовали ее обогащению и развитию. И сейчас мы смело можем сказать, что без учета переводной литературы картина национального литературного развития не будет полной.

Следует отметить, что «иранцы еще в XIX веке были знакомы с русской классикой в оригинале и в переводах на западноевропейские и восточные языки. Уместно напомнить, что персидский поэт Фазил-хан-Шайда, направлявшийся в свите Хосров-мирзы главой так называемой “извинительной” миссии ко двору Николая I в 1829 г., при встрече с Пушкиным на Кавказе сказал, что предполагал увидеть его в столице. Следовательно, в Иране уже знали о творчестве великого русского поэта. В “Путешествии в Арзрум” Пушкин так написал об этом эпизоде: “Я с помощью переводчика начал было высокопарное восточное приветствие, но как же мне стало совестно, когда Фазил-хан отвечал на мою неуместную затейливость просто умной учтивостью порядочного человека! Он надеялся увидеть меня в Петербурге, он жалел, что знакомство наше будет непродолжительным и проч.”. Впоследствии, когда иранский престол захватил Мухамед-Мирза и Хосров-мирза был ослеплен, Фазиль-хан в 1938г. бежал в Россию и умер в 1852 г. в Тифлисе» [Розенфельд, 1999, 382].

Передовые представители иранского народа подолгу жили в западных и восточных странах, где они знакомились с образцами мировой литературы, в том числе и русской.

В начале ХХ века расширились многосторонние связи Ирана и России. В это время в Иране в городе Тебериз открылась русская школа, где преподавали русский язык. Первые переводы произведений Л. Н. Толстого в Иране – легенда «Ассирийский царь Ассархадон» и рассказ «Чем люди живы» – как раз были сделаны в 1906 году преподавателями этой же школы при жизни Толстого.

Можно, пожалуй, сказать, что персидские писатели пользовались любым случаем, чтобы выразить свое уважительное отношение к русскому искусству, литературе и к русским деятелям культуры. Так, например, иранский писатель ХХ века, родоначальник персидского короткого рассказа современного типа, в статье «Мы и северный сосед» пишет: «Мои соотечественники из тех, кто жил в России еще до революции, в один голос утверждают, что русский народ – простой, честный... и великодушный. Этот великий народ обладает той возвышенной чуткостью души, которая называется совестью. Говорят еще, что русские от природы – удалой и вольнолюбивый народ (вспомним, как великий Гоголь сравнивал их национальный характер с тройкой: “Эх, тройка! Птица тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться...”), а если кто из них совершит недостойный поступок или согрешит, то страшно терзается (в произведениях Достоевского немало примеров таких внутренних мук)» [Дорри, 1983, 126].

Джамаль-заде является одним из тех иранских писателей, который очень высоко ценил творчество русских писателей и неоднократно переводил их произведения на персидский язык.

Первые переводы произведений русской литературы на персидский язык появились в Иране в самом начале ХХ века. Это были «Горе от ума» А. С. Грибоедова (1900), рассказы Л. Н. Толстого (1906) и А. М. Горького (1908). Однако настоящее развитие перевод произведений русских писателей в Иране получил в 40-х и 50-х годах ХХ века. Именно в эти годы на персидском языке появились произведения многих русских и советских писателей, при этом некоторые из произведений переиздавались неоднократно.

Особой популярностью в Иране пользуются произведения А. П. Чехова, Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского.

В произведениях Ф. М. Достоевского иранцев больше всего привлекает духовная напряженность – художественная, философская, религиозная, свойственная мысли великого русского писателя. Произведения Достоевского не только расширили представления иранцев о русской литературе, но и обогатили духовную жизнь иранского общества. И это притом, что многие переводы его книг сделаны не с русского, а с французского, английского и немецкого языков и далеко не все нюансы мысли Достоевского переводчикам удалось донести до читателя.

В произведениях Л. Н. Толстого иранцев привлекают религиозно-нравственные проблемы общества. Титанизм мысли, грандиозность идей нравственной философии Толстого имеют огромное значение для всего человечества. Что касается иранского общества, то можно с уверенностью констатировать: Лев Толстой стоит в ряду двух-трех русских писателей, которые заняли особо важное место в духовной жизни современного Ирана.

А рассказы Чехова иранские читатели любят в первую очередь за их маленькую форму. «Чеховские новеллы оказались в Иране тем образцом, который соответствовал их национальным интересам и литературным вкусам. В них они обнаружили близкую Ирану злободневную тематику: трагедию “маленького человека”, осмеяние обывателей, лгунов и лицемеров, чинопочитание и корысть. В Чехове привлекали ненавязчивый, но действенный юмор, лаконичность, изящество и легкость письма и в тоже время суровое осуждение пороков общества» [Розенфельд, 1999, 115]. По справедливому замечанию иранского писателя и переводчика Керима Кешаварза, «рассказы Чехова, в которых он отражает уродливые стороны социальной жизни, знакомы не только ученым Ирана, но и всем образованным персам, которые, читая его, повторяют нашу народную поговорку: “Дорогой, ты говоришь на нашем языке”». Здесь надо напомнить, что поэзия была любимым жанром персидских писателей. Этот вид литературы достаточно долго и успешно развивался в персидской литературе и получил мировое признание, однако драматургия и жанр короткого рассказа современного типа в течение долгого времени не могли привлечь интерес персидских писателей и читателей. А переводы драмы и прозы Чехова содействовали развитию этих жанров в Иране, и в настоящее время они занимают особое место в культурной жизни иранского народа. Чехова у нас в Иране полюбили за его умение коротко и ярко рассказать о большой правде. Иранский переводчик Казем Ансари в предисловии к своей книге отмечал, что «в своих небольших по объему сочинениях Чехов ставил и решал те же проблемы, которые решали русские писатели в больших эпических произведениях». По его словам, рассказы Чехова произвели подлинную революцию не только в русской литературе. «В мировой литературе, – писал он, – не существует другого такого мастера короткого рассказа. Его произведения стоят на одном уровне с великими романами и эпопеями, поскольку в них затрагиваются вечные, непреходящие проблемы, волнующие людей во всем мире» [Ансари, 1963, 8].

Профессор Тегеранского университета Фатьма Сайах в своей статье о жизни и творчестве А. Чехова призывает персидских писателей следовать Чехову: «Именно у Чехова следует учиться техническим приемом письма и стилю повествования» [Джамаль-заде, 2001, 8].

Другой современный крупный писатель и переводчик в Иране Сейед Мохаммад Али Джамаль-заде выразил так свое восприятие произведений Чехова: «...Когда я читаю рассказы и пьесы Чехова, у меня появляется чувство, будто я уже знаком с его героями, что я сам веду беседу с ними и даже, порой, вижу себя в том обществе, которое изобразил Чехов. Иногда мне кажется, что эти герои живы, что я много лет имею с ними контакт и знаю их предков, даже их голоса и лица давным-давно знакомы мне» [там же, 166–167].

Итак, можно констатировать, что произведения русских писателей занимают важное место в переводной литературе Ирана. Иранские писатели и читатели проявили большой интерес к творчеству русских классиков. Иранские писатели, делая переводы русской литературы, особенно произведений А. С. Пушкина, А. П. Чехова, Л. Н. Толстого и Ф. М. Достоевского, использовали достижения русских художников слова в своем оригинальном творчестве. Можно согласиться с суждением А. З. Розенфельда о том, что «многие проблемы, оказавшиеся в центре внимания русской классики XIX–XX веков, нашли благоприятную почву в Иране и в той или иной форме легли в основу ряда оригинальных и самобытных произведений национальной литературы» [Розенфельд, 1999, 382].

Литература

1. Джамаль-заде, М. А. Семь стран / М. А. Джамаль-заде. – Тегеран: Изд-во «Сохан», 2001.

2. Дорри, Дж. Х. Мохаммад Али Джамаль-заде / Дж. Х. Дорри. – М., 1983.

3. Кулагина, Л. М. Из истории российской иранистики / Л. М. Кулагина // Иранистика в России и иранисты. – М.: Ин-т востоковедения РАН, 2001.

4. «Палата № 6» и несколько других рассказов (в переводе на персидский язык К. Ансари). – Тегеран: Изд-во «Сазман-е кетабха-е джиби», 1963.

5. Розенфельд, А. З. Проза Пушкина на персидском языке (переводы «Капитанской дочки») / А. З. Розенфельд // Челышева, Е. П. Пушкин и мир Востока / Е. П. Челышева. – М.: Наука, 1999.

Ссылка на статью http://www.uverenniy.ru/sbornik-materialov-mejdunarodnogo-foruma-moskva-tula-2014-bbk.html